Новости

Новый российский танк "Армата" должен быть сосредоточием самых передовых технологий

Продолжение цикла бесед с одним из ведущих экспертов в области бронетанковой техники Виктором Мураховским. В этот раз речь пойдет о проблемах, ближайших перспективах развития отечественного танкостроения, о модернизации существующего парка бронетехники.

— Виктор Иванович, в настоящее время в войска поступает модернизированный вариант Т-72. Известно, что на него установлен белорусский прицел «Сосна-У», правда, никаких датчиков навигационной системы ГЛОНАСС пока не видно. Да и двигатель – старый В-84 мощностью 840 л.с. Можно ли в, таком случае, называть этот танк «модернизированным»?

— В самом деле, это просто капитальный ремонт с элементами модернизации. Возьмем, к примеру, силовую установку, просто сейчас нет возможности обеспечения тысячесильными двигателями В-92С2 в нужном объеме. Иначе придется закрывать экспорт, а эти двигатели идут в Индию, скоро пойдут снова в Алжир, другие страны.

Чтобы челябинский завод смог бы удовлетворить все заявки, необходима модернизация. ЧТЗ попал в программу по модернизации ОПК, ее, кстати, должны подписать в феврале. Конечно, деньги придут еще позже. И, по моему мнению, понадобится не менее года, чтобы эту модернизацию завершить, и тогда мощности по производству современных моторов значительно вырастут.

А пока возможности несколько ограничены. И поэтому, как я упомянул выше, в первую очередь удовлетворяются экспортные контракты.

— А сколько танков должны будут модернизировать? С этими цифрами тоже масса разночтений.

— Давайте пока будем придерживаться данных о 170 машинах на 6 миллиардов рублей в течение трех лет. Да, это капремонт с минимальной модернизацией, самый новый компонент в танке — белорусский прицел. В планах есть вариант с установкой новой башни, типа той, что стоит на модернизированном Т-90С, который в прошлом году был впервые показан в Нижнем Тагиле, а также с частичной модернизацией силовой установки и трансмиссии. Такая модификация, естественно, значительно дороже. Но пока этот вариант не прошел государственные испытания.

— Насколько реально появление нового танка «Армата» в 2013 году?

— Мне бы очень хотелось, чтобы так произошло. Машины-то «в железе» пока нет. Все на уровне подготовки РКД. Раньше было принято так: строят две машины, чтобы они прошли несколько тысяч километров, отстреляли несколько сотен выстрелов, выявляют недостатки, а затем уже на основе этих испытаний делают машину, которую доводят до стадии государственных испытаний.

Пройти этот путь менее чем за 2 года очень трудно. Задачу, возможно, облегчит то, что на «Армате» будет использовано множество элементов, уже отработанных на танке Объект 195, и по темам «Прорыв», «Прорыв-2».

Я думаю, что по общей компоновке, что называется «телеге», и по башне проблем быть не должно. Главный вопрос — по кооперации первого уровня, по основным системам танка. По вопросу с двигателем. Я уже говорил, что двигатель для 195-го был уже достаточно отработан, трансмиссия с гидрообъемной передачей тоже была доведена. Нужно было только поставить их в серию, так как все было на уровне десятка — полутора десятков изделий. И на предприятиях кооперации потребуется привлечение значительных средств на организацию этих производств.

Что касается системы управления огнем, она на 195-м по первоначальной задумке так и не была реализована. Красногорск не справился, не удалось реализовать радиочастотный канал в нужном качестве, в конце концов, от него вообще отказались. И поэтому в «Армате» по системе управления огнем нужно остановиться на том уровне, который был достигнут на модернизированном Т-90 с добавлением того, что было реализовано в Объекте 195 на хорошем уровне.

Есть вопросы по совершенствованию баллистической защиты. Со времен разработки 195-го уже достаточно многое изменилось. Необходимо реализовать на современном уровне противоосколочную защиту, подбой. Здесь есть два решения: сделать на основе арамидных волокон, того, что называется кевларом, это тот уровень, который освоен нашей промышленностью, и она сможет обеспечить поставки; или делать на основе самых современных нетканых материалов – сверхвысокомолекулярного волокнообразующего полиэтилена, которыйобеспечивает намного более высокий уровень защиты. Но тут проблема — в России есть только опытно-промышленное производство, с небольшими объемами, которое не способно удовлетворить все потребности. Опять встает вопрос о финансировании, чтобы развернуть серийное производство таких материалов. Аналогично по броневым конструкциям, композитам, динамической и активной защите. Здесь сохранился ряд технологических заделов, но чтобы воплотить их в надежно работающие серийные изделия, потребуются значительные усилия и ресурсы.

И такое положение по многим вопросам. Если взять боеприпасы к танковой пушке, то здесь необходима модернизация производства, прежде всего, на питерском заводе, а также по выпуску порохов, взрывчатых веществ, освоению новых типов взрывателей и прочее. Одним словом, возникает цепочка проблем, которым необходимо решать, если мы хотим действительно выйти на передовой уровень и поставить на вооружение машину, которая по своим характеристикам будет превосходить все, что есть в иностранных армиях.

Возможно, по некоторым вещам можно пойти на временные компромиссы, например, по тем же боеприпасам, по их самым совершенным и дорогим типам. Или по системе активной защиты, которую можно добавить позже за счет модульности конструкции. Вообще унифицированная платформа облегчает проведение перманентной модернизации машины в процессе производства и эксплуатации. Но в других направлениях такие компромиссы просто невозможны, например, по той же основной баллистической защите. Это закладывается в основу конструкции, компоновку машины. То же можно сказать и о средствах автоматизации, о так называемом «цифровом борте», куда надо закладывать самые передовые разработки в области архитектуры и интерфейсов системы.

источник: http://vpk.name/